Мінск, вул. Веры Харужай 3, офіс 601
+375 33 361 57 48
Стаць сябрам Меню Зарэзерваваць зал

Публикация персональных данных поможет избежать «фейковости»?

Инфоповод №1 для беларусов (коронавирус в стране) вызвал очередные опасения властей по поводу освещения в медиа общественно-значимой темы.

 
Итак, Лукашенко поручил КГБ «разобраться с распространителями фейков». В риторике Минздрава чётко прослеживается разделение на «журналистско-блогерскую среду и интернет-ресурсы» и собственно СМИ, вероятно, имеются в виду именно государственные, которые дают исключительно предложенную чиновниками информацию в правильной дозировке и не задают неудобных вопросов. БСЖ тоже оперативно призывает к разнообразным наказаниям «фейкометов» и блокировкам ресурсов.
 
Мы будем следить за развитием ситуации, но сейчас хотели бы разобраться в том, насколько публикация персональных данных умершего человека может помочь редакции избежать обвинений в «фейковости». 
 
Команда от Лукашенко «хорошенько пройтись по этим сайтам, каналам» и «разобраться с "негодяями, которые вбрасывают эти фейки"» прозвучала в субботу, 21 марта, на следующий день после выхода заметки "Нашай Нівы" о смерти женщины от пневмонии в Витебске, где была информация, что у умершей, со слов родственников, был подтвержден коронавирус. Также в статье в тот же день был размещен комментарий Минздрава, отрицающий этот диагноз. 
 
"Наша Ніва" реагирует: на сайте выходит расшифровка стенограмм разговоров журналиста с источниками «Смерць жанчыны ў Віцебску: публікуем СТЭНАГРАМЫ размоў са сваякамі памерлай і медработнікам».
 
Из расшифровок становится очевидным, что семья умершей не давала согласия на опубличивание персональных данных: «Я не збіраюся высвятляць цяпер з вамі адносіны, што вы апублікавалі фота і прозвішча загінулай без нашага дазволу…» 
 
Напомним, что в медиа появилось фото женщины из ее соцсетей, также год рождения, ФИО, диагнозы.
 
В заметке указано: «P.S. ад Рэдакцыі. І апошняе. Мы публікавалі імя і фота жанчыны, каб матэрыял не быў галаслоўным, каб усе бачылі, што гэта не фэйк, а канкрэтны чалавек. У такой сітуацыі мы лічым гэта апраўданым, бо тэма — выключнай важнасці, гаворка ідзе пра ўратаванне здароўя, а можа быць, і жыцця іншых людзей».
 
Мы попросили прокомментировать это заявление и ситуацию Алексея Козлюка, юриста и сооснователя правозащитной организации «Human Constanta»:
 

"Нужно смотреть Закон о СМИ и сверяться с принципами журналистской этики. В законах нет четкого указания, что разрешается делать с информацией из соцсетей, которая находится в открытом доступе.  Разумеется, сведения о личной жизни должны распространяться с согласия человека или его законного представителя.

Понятие частной жизни невозможно уместить в перечень определенных тем и вопросов, это сфера, в которую человек оправданно рассчитывает, что никто не будет вмешиваться. К личной жизни, помимо прочего, относятся сведения медицинского характера, фотоснимки, персональные данные (ФИО, дата рождения, адрес и т.д.). 

Чтобы публиковать подробную информацию о человеке, который предположительно умер от какого-то диагноза, следовало получить согласие от родственников. Без их согласия можно публиковать информацию без идентифицированных персональных данных, например, неполное/измененное имя и т.д.

С учетом стремительного развития эпидемии в стране, оценивать действия редакции сложно. Насколько от вмешательства в частную жизнь пострадала семья, решать родственникам умершей женщины. 

Ситуация неординарная. Что делать редакции, когда вокруг много фейков о вирусе? Как подтвердить достоверность? Можно было решать вопрос и по-другому, редакция выбрала путь опубликовать максимально возможное количество информации.

 


Алексей Козлюк

Я вижу, что проблема, в первую очередь, в том, что Минздрав и учреждения вовремя не дали официальную информацию (на момент публикации ответа Минздрава не было). Возможно, если бы Минздрав оперативно сообщил информацию, не было бы надобности публиковать настолько полные данные. Насколько действия редакции в этом случае были оправданны, я не буду комментировать.   

Стоит вопрос общественно-значимой информации. Если руководствоваться интересами общества, чтобы люди принимали меры защиты вовремя и оценивали риски, то в этом случае можно брать в расчет такие цели. Но вот в Законе о СМИ, да и в других законах, не определено  и не раскрыто понятие общественного интереса. Это странная ситуация.  

В законопроекте о персональных данных, к слову, обработка может происходить журналистами без согласия субъекта данных, и там есть понятие общественного интереса. Смотрим, Статья 6. Сбор, обработка, распространение, предоставление персональных данных без согласия субъекта персональных данных: «в целях осуществления законной профессиональной деятельности журналиста и (или) деятельности средства массовой информации, направленных на защиту общественного интереса, представляющего собой потребность общества в обнаружении и раскрытии информации об угрозах национальной безопасности, общественному порядку, здоровью населения и окружающей среде, информации, влияющей на выполнение своих обязанностей государственными должностными лицами, занимающими ответственное положение, общественными деятелями». 

Право на доступ к информации и защита частной жизни иногда находятся в противоречии друг к другу. Законодательство должно давать механизм регулирования: когда общественный интерес превалирует, можно раскрывать и госсекреты, и информацию о частной жизни политика, например. Такой механизм должен быть. Но у нас нет различий между частной жизнью политиков и частной жизнью простых людей.

Нет информации, как поступать медиа условиях чрезвычайной ситуации. Например, в Израиле максимально публикуют информацию, вплоть до передвижения и геолокации людей, которые заражены коронавирусом. Это делают для того, чтобы другие могли не пересекаться с носителями."

Справка: В Законе о СМИ, ст.34, пункт 4.6 указано, что журналист обязан “получать согласие на распространение в средстве массовой информации сведений о личной жизни физического лица от самого физического лица либо его законного представителя, за исключением случаев, установленных законодательными актами Республики Беларусь”.

 

Материал подготовила Алла Шарко, Пресс-клуб

Пресс-клуб приглашает к обсуждению этих и других вопросов во время онлайн-медиатока 27 марта, в 17 часов. Как принять участие - по ссылке.  

 

Вам будет также интересно:  

«Как журналистам работать во время пандемий и карантинов. И как не стать источником паники». 

Защита источника информации. Видео медиатока

Открытая летучка с Human Constanta. Видео

 

фото заглавной

Партнёры прэс-клуба