Мінск, вул. Кісялёва, 12-2н, пам. 29
Стаць сябрам Меню Зарэзерваваць зал

Суд над журналисткой Катериной Борисевич и врачом Артёмом Сорокиным закрыли. Их встречали аплодисментами

Суд над журналисткой Катериной Борисевич и врачом Артёмом Сорокиным закрыли. Их встречали аплодисментами

Источник – TUT.BY

Врача минской БСМП Артёма Сорокина и журналистку TUT.BY Катерину Борисевич задержали ровно три месяца назад — 19 ноября 2020 года.

 

По мнению Генеральной прокуратуры, которая возбудила уголовное дело, они разгласили медицинскую тайну о состоянии Романа Бондаренко, что повлекло тяжкие последствия, а именно «повышение напряженности в обществе и создание атмосферы недоверия к компетентным государственным органам».

Врачу и журналисту грозит до трёх лет лишения свободы.

На процессе судья приняла решение, что дело будет слушаться в закрытом режиме. Это значит, что общество не сможет узнать правду о том, в чём именно заключается преступление журналиста и врача, рассказавших правду о «ноль промилле» в крови Романа Бондаренко.

 

В 8 утра в Минске — минус 22 градуса по Цельсию. Солнце поднимается над горизонтом большим огненным шаром — такие рассветы из окна своей квартиры любила фотографировать Катерина Борисевич, пока её не задержали.

Сразу после 8.30 в Дом правосудия начинают приходить слушатели. «На суд к Артёму Сорокину и Катерине Борисевич», — говорят они на входе, но пропускать их начинают ближе к 9 часам. Внутрь заходят только четыре милиционера в форме с металлоискателями в руках и трое мужчин в штатском и с рациями после того, как показывают свои удостоверения.

После 9.00 в суд пришли родные обвиняемых — дочь Катерины Борисевич Дарья, жена Сорокина Наталья, его старший брат и мама Галина Константиновна. Отец доктора остался дома из-за проблем со здоровьем.

— Ожидаю, конечно, что Бог нас увидит и услышит, хотя я очень сомневаюсь в этом. То, что сказал Лукашенко, вряд ли кто-то оспорит в настоящее время, — со слезами на глазах говорит Галина Константиновна.

Сына она увидит впервые за три месяца. Такая разлука ей далась непросто.

— Ждём его так, что не можете себе представить. Он мне с таким трудом дался. И так мы его долго ждали в нашей семье.

Вчера к отцу Артёма, который работает учителем физики, приходили его ученики, рассказывает Галина Константиновна.

— Они все верят, что его отпустят прямо в зале суда. И мы верим. Но мне кажется, это невозможно. Я хотела отправить письмо маме Ромы Бондаренко. Написала на черновике, но не отправила. Мы страдаем и скучаем три месяца, а её горе вообще несоизмеримо с нашим. Я думаю, что для неё Артём тоже не просто доктор, а человек, который хотел защитить достоинство её сына. Она потеряла сына, и так его ещё очернить.


Иллюстрация: Press Club Belarus

Первыми к дверям зала суда приходят коллеги и родные обвиняемых. После — двое сотрудников в штатском. Один в черной маске, второй — в балаклаве.

9.22. Под дверями зала заседания уже собралось около 40 человек. Тех, кто на входе говорит, что идёт на процесс над Борисевич и Сорокиным, отводят в сторону — и лишь спустя время пропускают внутрь.

9.38. «Еврорадио» сообщает, что на входе в Дом правосудия неизвестные в штатском говорят, что никого не пустят, якобы уже собралось очень много людей.

9.40. В суд пришла Елена Бондаренко, мама погибшего Романа Бондаренко. «Конечно, я рассчитываю попасть на судебное заседание, поэтому я здесь. Я считаю, Катерина и доктор Сорокин ничего не нарушили, разрешение было мною дано. Как человек оптимистичный, я надеюсь, что справедливость восторжествует», — сказала она.

Примерно 9.45. Катерину Борисевич и Артёма Сорокина заводят в зал. Собравшиеся встречают их аплодисментами.

9.50. В зал начинают пропускать адвокатов и родственников. Затем — представителей СМИ, которых аккредитовали на процесс. Напомним, журналистов независимых изданий на заседание не аккредитовали. Названий СМИ, которых пускают в зал, не называют — только фамилии сотрудников.

9.55. На заседание также пришли посол Франции, дипломаты посольств Литвы, США, Германии, а также Представительства ЕС в Минске.

«Поскольку обвиняемые находятся под стражей, общение с ними запрещено», — говорят в зале суда.

У входа в зал остаются около 100 человек.

Судебное заседание ведёт Светлана Бондаренко, заместитель председателя суда Московского района по уголовным делам. Катерину Борисевич защищают адвокаты Андрей Мочалов и Михаил Боднарчук, Артёма Сорокина — Ольга Батюк. Прокурор Людмила Иваненко.

10.20. Прокурор ходатайствует о слушании в закрытом заседании, защита категорически не согласна: имеется заявление матери Романа, она настаивает на открытости заседания. Адвокат Катерины Борисевич говорит: «Мать Бондаренко является единственным человеком, который может дать или не дать согласие на то, чтобы суд был открытым».

«Я хочу, чтобы общество знало, за что судят журналиста и врача, поэтому поддерживаю ходатайство адвоката», — говорит Катерина Борисевич.

Врач Артём Сорокин тоже выступает за открытый процесс.

Решение о том, закрывать ли суд, объявлено в 10.40. Суд пройдёт в закрытом режиме: «во избежание разглашения охраняемой законом медицинской тайны и данных предварительного расследования», а также потому, что «материалы дела содержат медицинские документы, в том числе ранее не публиковавшиеся».

Это значит, что мы не узнаем, в чём обвиняют и за что конкретно судят врача и журналиста, рассказавших правду о состоянии погибшего Романа Бондаренко. На заседании не смогут присутствовать даже родные Катерины Борисевич и Артёма Сорокина.

12.07. Маму Романа Бондаренко вызвали на допрос в судебный процесс. По логике ведения процесса можно предположить, что обвинение фигурантам уже зачитано, определён порядок ведения процесса таким образом, что сначала допрашивают свидетеля.

В 13.10 Елена Бондаренко вышла из зала суда, она не может говорить о том, что там происходило, потому что с неё взята подписка о неразглашении.

После перерыва на обед к дверям зала заседания смогли попасть лишь несколько человек. Но и они не увидели, как вели Катерину Борисевич и Артёма Сорокина: сотрудники в штатском запретили подходить к стеклянным дверям, ссылаясь на решение суда. Якобы аплодисменты тех, кто пришёл их поддержать, мешают процессу.

После 15 часов в суд вызвали свидетелей — двух врачей БСМП. Один из них — реаниматолог, который, вероятно, оказывал медицинскую помощь Роману Бондаренко. Во время следствия у него взяли подписку о неразглашении. От общения он отказался.

В 17.55 заседание закончилось. Следующее заседание назначено на понедельник в 10.30.

«Впервые в суде буду не как журналист, а за решеткой». Интервью Катерины Борисевич из СИЗО

Что произошло

12 ноября Роман Бондаренко умер, не приходя в сознание. Накануне вечером его избили неизвестные во дворе дома на «Площади перемен», где молодой человек жил. 13 ноября Следственный комитет сообщил: «При первичном осмотре наряду с телесными повреждениями у него [Романа Бондаренко] диагностирована алкогольная интоксикация». Практически одновременно с этим заявлением в Сети появилась копия медицинского документа, из которого следовало, что в крови Романа Бондаренко алкоголя не было.

Журналистка TUT.BY Катерина Борисевич проверила эту информацию и со ссылкой на медицинские документы и комментарий врача написала статью под названием «Врач БСМП: „У Романа Бондаренко было ноль промилле алкоголя, вообще ничего не нашли“.

О возбуждении уголовного дела по факту смерти Романа Бондаренко Генеральная прокуратура сообщила лишь18 февраля 2021 года. Дело в отношении Артёма Сорокина и Катерины Борисевич было возбуждено практически сразу же — 19 ноября 2020-го.

«Ты думаешь нас это минёт? Нет, это затронет каждого!». Подкаст о Катерине Борисевич

Их обвинили в разглашении врачебной тайны, повлекшем тяжкие последствия (часть 3 статьи 178 УК). По мнению Генпрокуратуры, публикация информации о том, что вечером 11 ноября Роман Бондаренко был трезв, повлекло „повышение напряжённости в обществе, создание атмосферы недоверия к компетентным государственным органам, побуждение граждан к агрессии и противоправным действиям“. При этом Елена Бондаренко, мать погибшего Романа, дала согласие на распространение медицинской информации о сыне.

Первые дни после задержания Артём Сорокин и Катерина Борисевич находились под стражей в СИЗО КГБ, сейчас — уже почти три месяца — в следственном изоляторе на Володарского.

Артём Сорокин — анестезиолог БСМП, врач высшей категории. Ему 37 лет. Коллеги отзываются о нём как о профессионале, который умеет проводить любые виды операций. Именно он работал в ту ночь, когда в больницу привезли избитого Романа Бондаренко и оказывал ему анестезиологическое пособие. Дома Артёма Сорокина дожидаются супруга Наталья и трое детей: 9-летний Миша, 6-летний Федор и маленькая Лия.

В апреле журналистке TUT.BY Катерине Борисевич тоже исполнится 37. В журналистике она почти 15 лет, специализируется на правовых темах: пишет о громких уголовных делах, судебных разбирательствах. Катерина не раз становилась лауреатом многих профессиональных конкурсов. В частности, в 2015 году Генеральная прокуратура наградила её дипломом победителя „за профессионализм и журналистское мастерство“. В прошлом году за её профессиональную деятельность на Катерину завели уголовное дело.

Белорусские правозащитники признали Катерину Борисевич и Артёма Сорокина политзаключёнными, международная организация Amnesty International назвала их узниками совести.

Коллегам Катерины из TUT.BY, Onliner, „Комсомольской правды“ в Беларуси, «Новага часу», БелаПАН и других независимых изданий отказали в возможности присутствовать на процессе в качестве журналистов. Причина — в «ограниченности мест в зале судебного заседания и мерах по недопущению распространения коронавирусной инфекции».

 

Автор – Любовь Касперович / TUT.BY

Фото – TUT.BY


Марина Золотова: «В эту профессию мы шли именно потому, что не сдаёмся вот так просто»

Суд вынес приговор журналисткам «Белсата» — молодым девушкам дали по два года колонии за стрим

Последнее слово на суде Катерины Андреевой

Партнёры прэс-клуба